«Памятник воздвиг себе нерукотворный»: кировский мастер о резных воротах, снах и деревянном кружеве Вятки
«Первые два этапа были подготовительными к третьему»
Путь к резьбе по дереву он делит на три этапа: учёба в школе, институте и «государева служба» в железнодорожных войсках за пределами Кировской области, а затем — творческая жизнь.
«Первые два этапа, можно сказать, были подготовительными к третьему, когда только интересовался и созерцал это деревянное кружево», — делится умелец
Отец Геннадия сам изготавливал мебель, плёл корзины, пестери, шкатулки. Сын смотрел, помогал — и перенимал.
«Что меня всегда поражало: предварительная дотошная разработка конструкции будущего изделия, подготовка материала, инструмента и, конечно, качество работ. Вот эти его важные уроки постарался я и перенять. Ну и в школе на уроках труда нас обучали различным видам работ, в том числе и столярному делу и выпиливанию лобзиком. И первым моим серьёзным делом было изготовление табуретки на уроке труда», — вспоминает Геннадий.
Во время обучения в институте, на каникулах, у родителей он сделал шкафчик — который сохранился до сих пор. В этот период и увлёкся историей и архитектурой: ездил по Подмосковью, Владимирской и Ярославской областям, любовался наличниками на деревянных домах.
«Меня поразило множество красивейших наличников на деревянных домах. С этого и начались истоки заинтересованности домовой архитектурной резьбой. Я любовался творчеством мастеров-резчиков и даже не задумывался о том, что в дальнейшем сам буду заниматься этим ремеслом, которому я посвящу значительную часть моей жизни», — говорит рассказчик.
«Как болезнь привела к резьбе»
В девяностые годы офицерам давали земельные участки под огороды. На участке под Мгой он вспомнил о резных домиках, которые видел в поездках. Смерть отца далеко в лесу «на руках», когда не в состоянии чем то помочь резко сказалась на состоянии здоровья — он оказался в реанимации. Там и появился первый рисунок.
«Находясь в реанимации в военном госпитале, набросал рисунок будущего творения. Вот тут-то и соединились в единое целое инженерные конструктивные идеи построения самого здания и художественное декоративное его оформление. Вместе с женой, сыном и дочерью начали претворять задуманное в жизнь. Построенное строение начал украшать резьбой. Изготовлены были наличники, причелины, подзоры и другие резные украшения», — вспоминает народный умелец.
А в 1995 году медики по состоянию здоровья вынесли «приговор» — «Не годен к военной службе». Пришлось уволиться, хотя были перспективы по службе. Посоветовали сменить климат — и он вернулся в родную Кировскую область.
«Конечно, в этой ситуации оказался, можно сказать, в «трансе». Чтобы как-то занять себя, приступил в Кирове к обустройству своей квартиры: изготовил кухонный уголок с подъёмным баром, кухонную стенку, кресло-качалку. Здесь потихоньку и начал заниматься резьбой. Как говорят: «Дома и стены помогают». Со здоровьем стало полегче. А друзья и знакомые, узнав, чем я стал заниматься, чтобы как-то поддержать меня и отвлечь от грустных мыслей, просили то домик украсить, то наличники сделать. Вот так всё и началось», — улыбается Геннадий.
«Мне жаль деревянной Вятки»
Изучив историю домовой резьбы в городе, он пришёл к печальному выводу: раньше деревянных домов с резьбой было множество, сейчас — единицы. Обследовав город, организовал выставку в музее Салтыкова-Щедрина.
«О чём я в настоящее время сожалею, что во времена обучения в школе, в институте (частенько бывая в Кирове) я как-то не обращал внимания на деревянные дома, украшенные резьбой, их в те времена было множество, не снимал на фотоаппарат, увлекаясь в те времена фотографией. Как бы это пригодилось в настоящее время для претворения моей мечты — создания музея деревянного зодчества Вятского края», — делится переживаниями умелец.
С женой и внуком он совершил ряд экспедиций по древним городам области: Орлов, Котельнич, Яранск, Уржум, Нолинск. Итог поездки — выставки «Домовая резьба — кружево деревянное».
«Не является для меня бизнесом»
Для города и родных Мурашей он делает в основном безвозмездно. Для друзей — за символическую плату, в основном за материалы.
«При выполнении работ ручным инструментом я чувствую и ощущаю сам материал, его «отдачу», а по завершении изготовления резного элемента или целого изделия, конечно же, получаю уже соответствующее удовлетворение, — делится Геннадий.
«Почему именно прорезная резьба»
«В Вятском крае преобладала прорезная резьба – выпиловочная «прорезь». Поэтому, чтобы сохранить традиции наших мастеров, я остановился на этом виде резьбы. Прорезная же резьба нравится мне ещё и тем, что при удалении фона именно эта резьба в конечном итоге и создаёт эффект деревянного кружева.
«Решения приходят во сне»
Первый сон, который сбылся, произошел в 1961 год. Ему приснилось, что одноклассник сказал: «Сегодня в космос полетел человек».
«Я пришёл в школу и рассказал увиденное ребятам, ну, конечно, все посмеялись. Но вдруг во время урока прозвенел звонок и построение на школьную линейку. Действительно, в космос полетел Юрий Гагарин», с теплотой вспоминает о своем детстве кировчанин.
Потом сны помогали и в работе. Перед презентацией ворот Дома-музея Салтыкова-Щедрина приснилось: «Негоже ворота открывать без ключа!».
«Проснулся, нарисовал несколько вариантов. И к моменту презентации символический ключ с монограммой М. Е. С.-Щ. был готов и вручён заведующей музея Марине Владимировне Кринициной». При изготовлении ворот для музея А. Грина также во сне получил совет в дополнительной установке декоративного фронтончика на их крыши.
В 2007 году он увидел в книге «Город над Вяткой рекой» фото Дома-музея Салтыкова-Щедрина с резными филёнчатыми воротами конца XIX века. Приехал — ворота оказались обычными дощатыми.
«Возникла мысль и, можно сказать, авантюрная мечта на безвозмездной основе воссоздать эти исторические ворота — ту красоту, какая раньше была. Эта мысль глубоко засела в моём сознании».
Самым сложным было конструктивное решение. Он соединил металлический каркас и деревянное обрамление с резными элементами. После презентации школьный друг сказал: «Геннадий, ты памятник воздвиг себе нерукотворный!».
«Пряничный домик» и «морские ворота»
К 10-летию музея Хохрякова он сделал резную беседку-ротонду, потом украсил само здание наличниками, подзорами, причелинами. Орнаменты взял с фотографий наличников из усадьбы потомка художника в Подмосковье и с деревянных домов старой Вятки. Позже воссоздал ворота «Солнышко» — по подобию тех, что стояли на улице МОПРа.
«С появлением у музея резных ворот в народе ему присвоили название «пряничный домик»».
В 2023 году к 25-летию музея художника Н. Н. Хохрякова построил еще и декоративный резной колодец.
А у музея А. Грина к 145-летию писателя в 2025 году, исходя из собственной фантазии, сделал ворота с морской тематикой — «морские ворота».
«А. Грин — романтик, очень любил море, поэтому в оформлении ворот использовал элементы морской тематики», — продолжает рассказ Геннадий.
«Каждая работа выстрадана душой»
Выделить главную работу он не может. Первые серьёзные творения для Кирова — ворота Салтыкова-Щедрина и Хохрякова, летняя читальня в библиотеке Герцена, беседка-ротонда в областной больнице. А главный объект — дом институтского друга в Подмосковье.
«А насчёт работы, которую хотелось бы переделать, — такой работы, наверное, нет! Каждая из работ, можно сказать, выстрадана душой и сердцем и имеет законченный вид».
«Сочетание вятской резьбы и резьбы других регионов»
Его работы есть не только в Кирове и области, но и в Звенигороде, Солнечногорске, в Ленинградской области.
«Я как-то не разделял резьбу по регионам. Просто получилось уже сочетание вятской резьбы и резьбы других регионов. Также порой трансформировал некоторые элементы металлических кованых и литых изделий, увиденных в Кирове, Нолинске, Уржуме и др., в орнаменты резьбы по дереву».
«Опыт стараюсь передать»
Приходили учиться и дети, и взрослые. Проводит мастер-классы, никого вознаграждения не берёт за обучение. Внук Иван в 9 лет дважды занимал первое место по резьбе в Юрьянском районе.
«Самое главное для меня — это желание ребят обучиться этому ремеслу. Старался обучить и своих внуков».
Главный помощник — жена Галина Михайловна. К работам привлекал внуков, сейчас — и старшего правнука Тимофея.
«Младший внук Иван в свои 4 года уже помогал в строительстве ворот Дома-музея М. Е. Салтыкова-Щедрина. И в настоящее время большую помощь оказал мне при монтаже ворот Музея А. Грина. Так что можно твёрдо сказать, что моё увлечение этим ремеслом стало нашим общим семейным делом».
«Признание труда — и моей семьи»
Звание народного мастера России, почётного гражданина Кирова и Мурашинского района — это признание, считает он.
«Конечно, мне было очень приятно, что правительство Кировской области доверяло мне отстаивать честь нашего региона на общероссийских выставках-ярмарках народных художественных промыслов, различных международных форумах, а главное — на XIX Всемирном фестивале молодёжи и студентов. И всё это я считаю авансом для будущих наших дел»
В финале — о материале, которому он посвятил жизнь.
«Дерево — материал удивительный: тёплый и строительный, и поделочный. В умелых руках этот материал может превратиться в жилой дом, терем, различную поделку, а то и в настоящее деревянное кружево, подобное знаменитому кукарскому или вологодскому. Всё зависит от рук мастера и его отношения к этому материалу. А текстура древесины сама порой подсказывает, где и как её использовать».
Сейчас Геннадий Лопатин продолжает работать. Для «Дома тысячи сердец» он разработал трафареты для восстановления резьбы всего фасада, а повреждённые при уборке снега элементы уже восстановил. Заветная же мечта народного мастера – создать в городе в этом доме музей деревянного зодчества Вятского края!